год
Сделать стартовой Добавить в избранное Написать письмо Гостевая книга
Вернуться

Версия для печати

Образ


«ТВОЕ ДА БУДЕТ СО МНОЮ СЛОВО»:
БИОГРАФИЯ И СТИХИ С.С. АВЕРИНЦЕВА

Павел Михайлов


21 февраля 2005 года исполняется год со дня кончины Сергея Сергеевича Аверинцева. Ему было отпущено 66 лет (1937 – 2004).

Значение Аверинцева для русской литературы было поистине незаменимым.

Его книги, лекции, просто тихое присутствие, создавали некий оазис жизни в пустыне советского безвременья, когда культуру сознательно разрушали страшные богоборческие силы.

С.С. Аверинцев был ученым мирового уровня, библеистом,  патрологом, литературоведом, тонким поэтом и переводчиком.

Все произведения С.С. Аверинцева несут на себе печать его смиренной и тихой веры.

Сергей Сергеевич родился в страшном 1937 году в Москве, в профессорской семье. Его родители были биологами. В 23 года он окончил классическое отделение филфака МГУ, в 29 лет защитил кандидатскую диссертацию по теме «Плутарх и античная биография», отмеченную в 1968 году премией Ленинского комсомола. Это было весьма анекдотично, так как тема диссертации и личность ее автора были безмерно далеки от всего, что хоть как-то ассоциировалось с комсомолом (кстати, сам Аверинцев не состоял не только в ВЛКСМ, но не был и пионером — редкое явление в ту эпоху).

В 1967–1970 годах Аверинцев пишет серию блестящих статей для

4 и 5 томов «Философской энциклопедии». Для того затхлого времени это был глоток чистого воздуха.

В энциклопедии Аверинцев писал статьи на темы: «Новый Завет», «Христаинство», «теократия» и т.д. В 1981 года книга «Поэтика ранневизантийской литературы» была защищена им в качестве докторской диссертации.

Научный стиль Аверинцева отличает ренессансная эрудиция и особое внимание к диалогу и взаимодействию различных культур и религий. Аверинцев много переводил как с древних языков (с латинского, древнегреческого, сирийского, древнееврейского), так и с современных (с французского, немецкого, польского).

Особенно стоит отметить его перевод Псалмов Давидовых с древнееврейского, в котором митрополит Киевский и всея Украины Владимир отмечает «парадоксальное сочетание смирения и дерзания». Псалмы дополнены комментариями ученого, которым также, по замечанию Владыки, «свойственна гениальная простота», доступная «только тому, кто одинаково глубоко проник в сокровищницу знания и в тайники веры, чувствуя себя дома и в мире науки, и в Божием храме».

В 1987 году под названием «От берегов Евфрата до берегов Босфора» вышла книга переводов отцов Церкви, впоследствии названная автором по-евангельски — «Многоценная жемчужина». В книге собраны переводы гимнов, изречений преп. Ефрема Сирина, свят. Григория Богослова, преп. Романа Сладкопевца, преп. Исаака Сирина, преп. Иоанна Дамаскина, преп. Феодора Студита, Палладия Еленопольского и многих других.

Для кабинетного ученого Аверинцев был удивительно популярен. Это странно, но факт: его сугубо специальные лекции, требующие определенной подготовки и знаний, привлекали не узкий круг просвещенных, а сотни слушателей! Я сам отчетливо помню звенящий от мороза декабрьский вечер 1989 года, когда сразу после экскурсии по Троице-Сергиевой Лавре, прямо с Ярославского вокзала мы с институтскими друзьями рванули на философский факультет МГУ и с трудом протиснулись в большой зал Гуманитарного корпуса, и без того битком набитый такими же гражданами, пришедшими со стороны — «на Аверинцева». Я, темный в те годы в христианских вопросах, слушал тихий, медленный, немного скрипучий голос Аверинцева; очень мало что понимал, но старался запомнить его слова: его лекция, посвященная ранневизантийским поэтам, была не рассуждением на тему, а подлинной встречей с древними поэтами, гимнографами. Этот аверинцевский стиль — делать изучаемый предмет личным, живым, вовлекать давно ушедшую культуру в нашу реальность, — и привлекал сотни слушателей.

Конечно, те, кто ходил в советские годы на аверинцевские лекции, были движимы не только желанием узнать что-то новое и интересное, но еще и потребностью удостовериться в том, что наяву существует внутренне свободная интеллектуальная мысль. И в этом смысле Сергей Аверинцев был не просто выдающимся представителем российской культурной традиции и интеллектуалом мирового класса, но и настоящим духовным лидером советской и российской интеллигенции.

После убийства отца Александра Меня Аверинцев назвал его «миссионером для племени интеллигентов». Сам же Аверинцев был одним из духовных вождей этого ищущего племени, в одном ряду с академиками Д.С. Лихачевым и

А.Д. Сахаровым.

С.С. Аверинцев никогда специально публично не декларировал своей веры, но то, что мы все были современниками подлинного свидетеля Христова, видно из всех его произведений. И особенно здесь для меня дороги его духовные стихи, небольшая подборка которых впервые была опубликована в «Новом мире» в 1991 году.

Недавно в Киеве, в 2003 году, вышел в свет поэтический сборник Аверинцева «Стихи духовные».

Это не обычная поэзия, а особый тип и опыт исповедального слова. Автор в предисловии говорит о своей максимальной открытости перед читателем, вспоминая черновой вариант строки Пастернака: «Вот я весь. Я вышел на подмостки». И всякий из нас, читая эти стихи, может вслед за С.С. Аверинцевым войти в глубокую евангельскую реальность и пережить опыт Встречи.

 

СТИХ О УВЕРЕНИИ ФОМЫ

Глубину Твоих ран открой мне,
покажи пронзенные руки,
сквозные раны ладоней,
просветы любви и боли.
Я поверю до пролития крови,
но Ты утверди мою слабость;
блаженны, кто верует, не видев,
но меня Ты должен приготовить.

Дай коснуться Твоего сердца,
дай осязать Твою тайну,
открой муку Твоего сердца,
сердце Твоего сердца.
Ты был мертв, и вот, жив вовеки,
в руке Твоей ключи ада и смерти;
блаженны, кто верует, не видев,
но я ни с кем не поменяюсь.

Что я видел, то видел,
и что осязал, то знаю:
копье проходит до сердца
и отверзает его навеки.
Кровь за Кровь, и тело за Тело,
и мы будем пить от Чаши;
блаженны свидетели правды,
но меня Ты должен приготовить.

В чуждой земле Индийской,
которой отцы мои не знали,
в чуждой земле Индийской,

далеко от родимого дома,
в чуждой земле Индийской
копье войдет в мое тело,
копье пройдет мое тело,
копье растерзает мне сердце.

Ты назвал нас Твоими друзьями,
и мы будем пить от Чаши,
и путь мой — на восток солнца,
к чуждой земле Индийской;
И все, что смогу я припомнить
в немощи последней муки:
сквозные раны ладоней,
и бессмертно — пронзенное — Сердце —

1982

***

Он сказал им: довольно. (Лк. 22, 38)

Что нам делать, Раввуни, что нам

делать?

Пять тысяч взалкавших в пустыне —

а у нас только две рыбы,

а у нас только пять хлебов?

Но Ты говоришь: довольно —

Что нам делать в час посещенья,
где престол для Тебя, где пурпур?
Только ослица с ослёнком,
да отроки, поющие славу.

Но Ты говоришь: довольно —

Иерей. Иерей наш великий,
где же храм, где злато и ладан?
У нас только горница готова,
 и хлеб на столе, и чаша.

Но Ты говоришь: довольно —

Что нам делать, Раввуни, что нам
делать?

На Тебя выходят с мечами,
а у нас два меча, не боле,
и поспешное Петрово рвенье.

Но Ты говоришь: довольно —

А у нас — маята и морок,
и порывы, никнущие втуне,
и сознанье вины неключимой,
и лица, что стыд занавесил,
и немощь без меры и предела.
Вот что мы приносим, и дарим,
и в Твои полагаем руки.

Но Ты говоришь: довольно –

 

 

МОЛИТВА О ПОСЛЕДНЕМ ЧАСЕ

когда Смерть посмеется надо мною
как та что смеется последней
и сустав обессилит за суставом

Твоя да будет со мною Сила

когда мысль в безмыслии утонет
когда воля себя потеряет
когда я имя мое позабуду

Твое да будет со мною Имя

когда речам скончанье настанет
и язык глаголавший много
закоснеет в бессловесности гроба

Твое да будет со мною Слово

когда всё минет что мнилось
сновидцу наяву снилось
и срам небытия обнажится

пустоту мою исполни Тобою

1993.

 

ВверхСчетчики

                Рейтинг@Mail.ru  


Счётчик © 2001 - . «Дорога Вместе»
Web-Master