год
Сделать стартовой Добавить в избранное Написать письмо Гостевая книга
Вернуться

Версия для печати

События


К ШЕСТОМУ НЕБУ…

 


Концертным исполнением русской церковной музыки, западной классики и современной христианской музыки вечером 30 декабря 2004 г. в Москве завершился II-ой Новогодний фестиваль молодежных христианских хоров «Едиными Устами, Единым Сердцем». Как сказано в проекте фестиваля, он был организован Молодежным христианским клубом «Осанна» «как один из видов социальной работы с молодежью, проводящейся в тесной взаимосвязи с общинами других конфессий для совместного служения обществу и свидетельства миру».

Среди хоров-участников: Молодежный открытый христианский хор (Москва) при ХДТ «Радуга» под руководством Михаила Черняка и Марии Великановой, Православный хор «Клирошане» (Москва) при Преображенском содружестве братств под управлением Ирины Шейченко, хор Anterium Atis (Москва) при Молодежном христианском клубе «Станем друзьями» Церкви христиан адвентистов седьмого дня под руководством Натальи Осиной, женский ансамбль православного храма св.Иоанна Предтечи (Чесменского, Санкт-Петербург) под управлением Юлии Бордиловской и Молодежный камерный хор прихода св.Екатерины Александрийской Римско-католической Церкви (Санкт-Петербург) под руководством Натальи Кудрявцевой.

Целью фестиваля молодежных христианских хоров было предоставить возможность для молодых людей, между которыми масса социальных, культурных и конфессиональных различий, собраться вместе для того, чтобы поблагодарить Бога за все Его милости и чтобы служить Ему тем, что Он Сам дал им — голосом, слухом, желанием трудиться вместе и вместе радоваться.

Вот уже во второй раз фестиваль становится средой для общения верующих из разных христианских конфессий, строящегося не на основе богословских дискуссий, а на конкретном деле и духе взаимопонимания, согласия, сотрудничества и доверия — необходимом для совместного хорового исполнения музыки. В рамках диалога, вернее сказать, «полилога» посредством искусства, — многоголосного пения — молодые участники фестиваля лучше узнают других, обогащая друг друга своими талантами.

В этом году в программу фестиваля был добавлен еще один пункт — совместная молитва. Причем, такая молитва, в которой нет доминирования одной из групп (в фестивале в этом году принимали участие верующие из Православной, Католической, Армянской Церквей и из нескольких протестантских деноминаций). Таким «способом» молитвы оказались песнопения общины Тэзе, которые одинаково «незнакомы» всем конфессиям, и в то же время оказываются близки всем. Основная причина тому лежит в истоках этих песнопений, опирающихся и на западно-христианскую хоральную традицию, и на восточно-христианскую медитативно-созерцательную традицию многократного повторения одного текста для более глубокого «погружения» в его смысл. Еще одним поводом для включения песнопений Тэзе в программу послужило то, что фестиваль проходил в то же время, когда тысячи молодых людей со всей Европы собрались в Лиссабоне на ежегодную новогоднюю встречу, которую организует община Тэзе.

На заключительном концерте с приветственным словом к участникам и гостям фестиваля обратился сотрудник Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата священник Тимофей Золотуский.

О том, как прошел фестиваль и чем он стал для его участников и организаторов, лучше расскажут они сами — в своих путевых заметках, размышлениях и письмах.

 

ИЗ ПИСЕМ УЧАСТНИКОВ ЧЕСМЕНСКОГО ХОРА

Марина Михайлова

Мы провели вместе с вами в Москве четыре дня. Могу с уверенностью сказать, что на исходе этих четырех дней мы были другими людьми, вовсе не теми, кто сошел на перрон утром первого дня. Все, что мы увидели и пережили благодаря москвичам, все встречи, все общие репетиции, все совместные походы, трапезы, взгляды и разговоры, жесты и интонации — все было не случайно. Господь был с нами и среди нас — сейчас, по прошествии нескольких дней, отделяющих нас от фестиваля, это очевидно и несомненно.

Конечно, момент высшей радости и единства — это финальный концерт. Было очень интересно слушать друг друга, а уж петь вместе — это пятое (нет, шестое!) небо: каждый из хоров символически и реально восторгал нас на следующую из райских сфер, и общие песнопения звучали на шестом небе.

 

ВПЕЧАТЛЕНИЯ И РАССКАЗЫ УЧАСТНИКОВ ХОРА СВ. ЕКАТЕРИНЫ

 

27 декабря. Утром, сразу после приезда, мы завезли рюкзаки в миссионерскую школу, позавтракали, и в сопровождении Дионисия, нашего ангела-хранителя, мы отправились на пешую экскурсию по Москве. Хотя нам хотелось помыться и отдохнуть после тяжелой ночи в поезде, то, что мы увидели, помогло нам забыть о наших трудностях. Дионисий очень интересно рассказывал об истории и современности Москвы. Вместе с ним мы посетили Высоко-Петровский монастырь, храм Боголюбской иконы Божией Матери, женский Рождественский монастырь, церковь св. Сергия в Крапивниках, прошли по Лубянке, поклонились месту, где был расстрелян в 1923 году настоятель нашего храма отец Константин Будкевич, увидели Славяно-греко-латинскую Академию и Красную площадь, раскопки на старых Полях и множество других интересных вещей.

Вместе с женским хором храма Св. Иоанна Предтечи (Чесменского), также приехавшим из Петербурга, мы пришли на обед в миссионерскую школу, и потом все мы отправились на поиски клуба «Радуга», где состоялась репетиция сводного хора фестиваля.

28 декабря. Серым, почти что петербургским утром, мы отправились на экскурсию с другим нашим новым другом — Романом. Группа разделилась на несколько частей — кто-то пошел в собор Непорочного Зачатия и храм Христа Спасителя, кто-то в Пушкинский музей, другие — в Кремль. В ходе прогулки мы попали в храм преподобного Феодора Студита, в котором наш Дионисий занимается реставрацией росписей.

29 декабря. Морозным солнечным утром мы сели на электричку в Сергиев Посад. В Посаде было очень холодно, но так красиво, что об этом неудобстве мы почти забыли.

Мы приложились к мощам Преподобного Сергия, и этот момент был очень важной частью всего нашего путешествия. В Москве мы были посланцами христиан Петербурга, наших друзей, близких, прихожан. Мы были в столице от их имени, и в каком-то смысле ради них. Смотрели на все их глазами, а в нашем пении звучали их голоса. Очень символично, что в поминальных записках нам просто не хватило места, чтобы написать имена всех, за кого мы хотели помолиться.

После Лавры мы поехали в Семхоз, к месту мученической кончины отца Александра Меня. Миша Черняк, организатор фестиваля, рассказал нам о батюшке Александре и о том, как 9 сентября 1990 года трагически оборвалась земная жизнь проповедника и чудесного пастыря. Сейчас рядом с местом убийства возведена часовня и храм, в котором мы помолились и спели одно из песнопений. В доме причта нас приняли радушные хозяева, мы пообедали и отрепетировали фестивальную программу. Правда, усталость усиливалась и нервы у всех были на пределе. К счастью, это была минутная слабость.

Вечером в храме Успения состоялась молитва Тэзе, в которой участвовали православные, католики и протестанты. Она длилась около часа и состояла из молитвенных песнопений, чтений из Священного Писания и тишины (которой для нас было слишком мало). После молитвы мы стали в группах делиться тем, как нам удается благодарить Бога в повседневной жизни. Потом в крипте храма разговор был продолжен за чаем.

Поздно вернувшись домой, мы стали готовиться к концерту. Было нелегко найти концертные платья на дне недевичьих походных рюкзаков… Хозяева наши были замученные, но радостные и гостеприимные.

30 декабря. Утром мы отправились в Третьяковскую галерею, где искусствовед И.К. Языкова провела нам замечательную экскурсию по древнерусской иконописи. После все поехали на обед, но некоторые успели сбежать в храм святых бессребреников Космы и Дамиана в Шубине, где тоже повстречались братья и сестры. (Москва — тоже город маленький!)

Наступил долгожданный вечер 30 декабря. Фестиваль проходил в Государственном музыкально-педагогическом институте им. М.М. Ипполитова-Иванова. В одном из классов мы гладили на партах платья, мальчики чистили ботинки, в общем, все приводили себя в порядок, как могли.

Выступление нашего хора закрывало первое отделение. Страшно не было, хотя все, конечно, волновались, потому что для большинства это был дебют на сцене. Говорят, что пели мы очень хорошо. Мы старались.

В конце второго отделения выступил и сводный хор, исполнив «Хвалите Господа» Лядова, «Богородице Дево» Калинникова, «Salutaris Hostia» Бенбенка, «Святую ночь» Бетховена и «Новогоднюю песню» Фитца.

После концерта началось разгульное веселье. Было ужасно жалко уезжать и расставаться с теми, кто стал для нас дорог за эти несколько дней. Говорят, что от разлуки к разлуке сердца становятся едиными.

Возвращались домой мы в сидячем вагоне, спать удавалось с переменным успехом, на полу лежали сонные тела наших попутчиков, но все равно было здорово. Утром люди в вагоне стали просить нас спеть, и хотя голоса наши еще не проснулись, мы спели «Веселого Рождества вам!» Народ стал придумывать новые куплеты, повторить которые здесь мы не рискнем.

Родной город встретил нас дождем. Мы снова в Питере, но в нашем сердце теперь живет частичка Москвы. И вместе с вами, братья, мы поем:

 

Мы благодарим Господа, ибо Он благ.

Мы благодарим Господа, аллилуия!

 

 

РАЗМЫШЛЕНИЯ ПОСЛЕ КОНЦЕРТА

 

Стеснительному человеку трудно петь в голос. Он боится сфальшивить, помешать всем вокруг самим звуком своего голоса… И все-таки, если такой человек хочет петь — ему придется петь в голос.

Собираясь на фестиваль в Москву, я многого ожидала от этой поездки. Новых впечатлений, встречи с новыми людьми. Встречи с русской (все-таки Москва!) художественной культурой — ведь и Суриков, и Васнецов в свое время после учебы в Петербурге предпочли Москву… И, наверное, меньше всего ожидала встречи с Богом.

Говорят, жизнь святого — это призыв к обращению. В эти четыре дня я встретила обычных людей, которые стали для меня призывом к обращению, хотя почти ни с кем мы не разговаривали специально «о Боге». Мы делали то, для чего собрались: пели вместе и слушали друг друга.

Новые впечатления и новые люди? Да, я встретила много замечательных людей, но прежде всего — я встретила Бога. Не на реколлекциях, за городом, не в монастыре, не в паломничестве, а в центре Москвы! В квартире верующих людей, у которых я жила. В Третьяковке. Во время репетиции сводного хора участников фестиваля, думая, в основном, о своей альтовой партии. На концерте в последний день, за несколько часов до поезда, видя, как нас слушают в зале… Господь, оказывается, действительно «может сделать несравненно больше всего, чего мы просим или о чем помышляем»…

Господь воплотился. Наша жизнь, наша культура — это и есть место встречи с Ним, если только мы согласны всеми данными нам дарами славить Его, а не любоваться собой.

Трудно стеснительному человеку петь в голос. Еще труднее ему во весь голос общаться с другими людьми — то есть идти к ним, не пряча своей симпатии вместе с боязнью быть отвергнутым. Трудно позволить себе верить во весь голос, рискуя взлететь слишком высоко и потом разочароваться. Но есть только два выхода: один — признать все свои чувства и порывы плохими из-за покрывающей их накипи эгоизма и стремиться к идеальной невозмутимости, и другой — петь во весь голос, не замолкая, когда тебе укажут на ошибки… и просить Господа преобразить все в любовь, потому что идеал христианина — это любовь, а вовсе не равнодушие.

 

Мария Смирнова

 

 

АПОКРИФЫ МОСКОВСКОГО ФЕСТИВАЛЯ

 

Все четыре дня мы узнавали новое, размышляли, радовались, огорчались, взмывали в небеса и страшно фальшивили, боялись и верили в лучшее, переживали глубочайшее одиночество и вселенское единство, славили Бога пением, реже — делами, в общем, — жили.

Об этих днях воспоминания сохранились очень противоречивые. С одной стороны, православные оставались православными, протестанты — протестантами, мы, надеюсь, католиками, с другой — вспомнили о том, что все мы — христиане, и делить нам нечего и некого. Мы слушали диски с протестантскими песнопениями, посещали место убиения Александра Меня и Троице-Сергиеву Лавру. У адвентистов, где я жила вместе с православными девушками Олей и Аней, на тумбочке стояли восточная икона и фигурка Девы Марии, которые мы всегда брали с собой в поездки, и наши хозяева предупреждали своего маленького ребенка, что это не совсем игрушки. Особенного размаха экуменизм достиг во время молитвы Тэзе, единственным минусом которой был недостаток тишины, остро чувствовавшийся нашими созерцательными душами, находящимися в то время в парадоксальном кризисе. «Жизнь на небесах» ощущалась особенно сильно, когда после молитвы Маша Т. вместе со мной, православным Гошей и адвентистом Андреем устроила обсуждение традиций благодарения Господа в наших церквах, перелившееся в богословскую дискуссию, а за чаем — в не менее мирный разговор об особенностях ДВР (детей верующих родителей). Возникло ощущение, что диалог церквей — вещь не такая недостижимая, как я привыкла думать.

Не стану описывать концерт, тем более, наше выступление, скажу только, что была поражена всеобщим энтузиазмом, радостью, сплотившей всех в единый хор хвалы, звонкостью и задором наших голосов, откуда-то появившимся музыкальным слухом, умением петь в голос и, конечно, невероятной выдержкой и стойкостью, которую проявила Наташа (дирижер хора прихода св. Екатерины — прим. ред.). Когда закончилось общее выступление, мы переоделись и присоединились к незабываемой импровизации остальных хористов. Радостные песнопения общины Тэзе обрастали новыми ритмами, появлялись вариации, сходу придумывались новые голоса, куплеты пелись один поверх другого, создавая новую общность — я всегда именно так представляла себе невообразимую радость и свободу Пятидесятницы, даже не зная, что это возможно. Первый раз в жизни я почувствовала, а не поняла умом, что в раю не будет скучно никогда, что бы ни значило слово «вечность». Коридоры и лестницы звенели четырехголосным каноном «Gloria», затянутым кем-то одним и подхваченным, казалось, даже камнями. Мы прощались с Москвой, оставляя там кусочек сердца и мою шапку :—)

Людмила Минина

 

 

РАЗМЫШЛЕНИЯ ЯКОБЫ О МОСКВЕ

Я рассматриваю карту Москвы и пытаюсь погрузиться в воспоминания событий, прошедших во время поездки на фестиваль. Я понимаю, что многое уже начинает забываться и ускользает от восприятия. Но с еще большей ясностью я осознаю, что поездка оставила в душе заметный след, что многое во мне переменилось и что я уже не тот, что был до нее.

Я уезжал, пребывая в каком-то полубредовом состоянии. Недописанная диссертация, множество неоконченных дел, неудачи почти со всех сторон жизни и просто накопившаяся к концу года усталость... Я ничего не ожидал от поездки; мне было практически все равно, что именно предстоит пережить. Единственная мысль: может быть, удастся немного отдохнуть, а нет — хуже не будет, ибо некуда. К тому же, это был мой не первый визит в Москву, я был уверен, что знаю город достаточно хорошо, и удивить меня чем-нибудь вряд ли получится. До этого, во время предыдущих поездок, я успел немало погулять по Москве и, в частности, наоткрывал несколько уголков «своей Москвы», где чувствовал себя уютно и где стремился побывать, когда приезжал в этот город.

Поэтому перспектива прогулки по городу, да еще и организованной, сразу после приезда, меня, признаюсь, не особенно вдохновила. Но уже во время завтрака отношение к предстоящей прогулке стало меняться в лучшую сторону после того, как мы познакомились с нашим будущим провожатым Дионисием. Экскурсия, которую он нам провел, оказалась просто прекрасной.

Я пробегаю глазами по Бульварному кольцу, месту, где до этого бывал не раз, и которое, между прочим, принадлежало к числу моих любимых. Но, благодаря знаниям Дионисия и его умению интересно их излагать, я увидел все совершенно в новом свете. Раньше я лишь любовался расположенными там церквами и монастырями, порой — восхищался их красотой. Теперь я как бы прикоснулся к их внутренней жизни и открыл для себя много нового, до этого сокрытого от меня.

Дионисий показал нам множество прекрасных уголков старой Москвы, затерянных и будто бы сокрытых внутри Москвы привычной. И даже хорошо знакомые улицы, площади, храмы и дома теперь открылись для нас с совершенно иной стороны.

Например, удивительно красивый храм Заиконоспасского монастыря расположен во дворе за обувным (кажется) магазином, и только икона на фасаде напоминает о его существовании. Зайдя в подворотню, мы оказались в совершенно потрясающем месте, где когда-то протекала река Неглинная и проходила средневековая улица; на извлеченных в том месте из земли камнях были высечены старинные надписи.

С этой прогулки и началась череда удивительных открытий. Я смотрю на карту, отыскиваю места, где мы были. Некоторые находятся слишком далеко, чтобы на ней поместиться: Сергиев Посад, Семхоз... Везде я открывал для себя что-то новое, и всегда за этим новым и прекрасным стояла красота человеческой души, устремленной к Богу.

Но самое главное, что запомнилось больше всего — это те люди, с которыми нам довелось встретиться на фестивале. Меня поразило, с какой радостью и открытостью они встретили нас, и сколько отдали сил, заботясь о том, чтобы нам было хорошо. И это при том, что многие из них днем работали, а вечером помогали проводить фестиваль. Все люди, с кем я познакомился, оказались удивительно открытыми и душевными, и теперь я вспоминаю о них с чувством глубокой благодарности. Они не были какими-то исключительными, но, глядя на их отношение к нам, начинаешь понимать смысл иоанновского «да любите друг друга, как Я возлюбил вас»…

...Я сворачиваю карту и кладу ее на полку. Да, многое осталось в памяти, что-то забылось, но куда важнее то, что запечатлелось в душе, те перемены в ней, которые произошли благодаря фестивалю. Теперь, когда меня спрашивают, что мне понравилось из этой поездки, я без колебаний отвечаю: «все». Фестиваль стал для меня источником духовной поддержки, явившейся именно тогда, когда она была так мне необходима. И я благодарю Бога за столь дивный подарок.

 

Юрий Аляев

 

 

РИТОРИЧЕСКИЕ ВОПРОСЫ

 

Наверное, каждый, кто когда-либо брался за организацию христианских мероприятий, может засвидетельствовать: наш Бог неимоверно милостив и щедр на чудеса. И если бы не Он, то мы (как бы ни были развиты наши организаторские способности) наворотили бы такого, что спасти дело смог бы уже точно Он один.

Господь действительно прощает наши промахи и покрывает их Своей заботой. Сколько раз за время подготовки к этому фестивалю я оказывался близок к тому, чтобы все завалить! Сколько просчетов я допустил — стратегических и в мелочах! Сколько я всего забыл или поленился сделать! А сколько всего делал в последний момент, сколько оставлял на авось! — Ровно столько, чтобы в очередной раз убедиться, что Господь — лучший

project manager на свете.

Он умеет собирать команду. Он умеет распределять обязанности и доверять тому, кому поручает ту или иную часть дела. Он умеет в нужный момент ободрить, смиренно, как бы из тени подсказать человеку, зашедшему в тупик, единственно возможный выход. Причем никем не ожидаемый, но такой, который точно сработает. Потому что Он Сам расположит сердца людей к тебе и вверенному тебе делу.

А какое у Него чувство юмора и умение «красиво» разруливать сложившиеся ситуации! Ну кто кроме Него способен организовать в один из предновогодних вечеров экстравагантное шествие (сильно смахивающее на флеш-моб) 13 молодых людей с 25 лавками в руках вниз по Тверской? (Машина, которая должна была привезти эти лавки на молитву Тэзе из одного храма в находящийся в 7 минутах ходьбы от него другой, безнадежно застряла в обычных московских пробках.)

Кто, как не посланный заботливым Богом брат, за три минуты до выхода на сцену сводного хора принесет горе-руководителю, забывшему купить даже самых простых церковных свечей для финальной песни, коробку изящных праздничных свечек?

Кто, как не любящая сестра по общине, согласится отменить свои дела и остаться с иногородними гостями в Семхозе, когда растяпа-организатор

в 14:00 признается, что забыл ее предупредить: сам он не сможет остаться, так как ему до вечерней молитвы Тэзе еще надо исколесить пол-Москвы и выполнить список дел не хуже золушкиного?

 У кого, если не у богатого Бога нашего, есть люди, согласные бесплатно предоставить оборудование для записи концерта, и добровольцы, соглашающиеся просидеть весь концертный вечер на продаже билетов и сборе пожертвований?

Кто приведет на концерт ровно столько зрителей, чтобы собранных средств идеально хватило на возврат одолженного на съем зала и покрытие всех фестивальных расходов?

У кого есть столько разных друзей и знакомых, соглашающихся (безо всякого принуждения) собраться вместе, чтобы лучше узнать друг друга, научиться друг другу доверять и что-то для него сделать вместе?

Кто способен только лишь одним своим присутствием обеспечить то, что это разношерстное сборище сможет мирно, легко, красиво и с радостью начать петь едиными устами и от единого сердца? 

Выбор не велик, не правда ли?

Михаил Черняк

 

 

ВверхСчетчики

                Рейтинг@Mail.ru  


Счётчик © 2001 - . «Дорога Вместе»
Web-Master