год
Сделать стартовой Добавить в избранное Написать письмо Гостевая книга
Вернуться

Версия для печати  

Соль земли


Осенняя элегия

София Шоломова


В лабиринте  прошедших лет  исчезают многие поколения, исчезают яркие,  неповторимые личности с их интересными, поучительными, порой трагическими судьбами.

Их слово, их жизнь, их судьба, их духовный опыт становятся мощной духовной поддержкой для тех, кто живет вслед за ними. Их опыт  всегда поучителен.

В критическое время жизни моими Учителями  стали:

Мария Вениаминовна Юдина.

Наталья Дмитриевна Шаховская.

Дмитрий Иванович Шаховской и его  близкие друзья.

И, конечно же, Вернадский с его идеями  о нетленности духовной энергии.

Жизнь Духа в них подчинялась особым незыблемым  законам, она помогала им выстоять  в реальных условиях жизни  страшного ХХ века.

 

***

Ничто не случайно,

и нет важного и неважного

в сложном проявлении сознания.

Вл. Вернадский. Из дневника. 13.11.1937

 

По ряду личных причин результаты этого историко-книговедческого  поиска  для меня  оказались невероятно интересны  и… спасительны. Они подтверждают присутствие Промысла Божьего в моей личной судьбе и какую-то скрытую, но важную  духовную сопричастность.

 

Зарождение сюжета

 

В 1977 году из печати вышел очередной том «Литературного наследства» с названием: «Из истории русской мысли» (1860–1890).

Наряду с интереснейшими материалами о писателе Николае Лескове и его рукописях, ради которых я и изучала этот том, в конце тома была помещена небольшая работа многолетнего исследователя жизни и творчества  Короленко А.В. Храбровицкого под названием «Автобиографическое письмо В.Г. Короленко».

Текст  документа оказался весьма интересен, поскольку связан с прижизненной биографией писателя, напечатанной еще в 1912 году. Автором биографии была Наталья  Дмитриевна Шаховская.

Ее книга «В.Г. Короленко: Опыт биографической характеристики» (М. Книгоиздательство К.Ф. Некрасова. 1912. Серия «Биографической библиотеки», №3) и послужила непосредственным поводом к написанию  письма.

Публикатор этого документа отмечал, что письмо Короленко написано в ответ на присылку книги и «оно содержит общую оценку работы молодого автора, а также ряд существенных поправок, ценных для изучения биографии и творчества писателя».

Об авторе А.В. Храбровицкий сообщил очень скупые сведения: «Наталья Дмитриевна Шаховская, в то время 22-х летняя девушка. Книга о Короленко явилась ее первым литературным опытом». А в примечаниях к письму следует важное дополнение: «Впоследствии Н.Д. Шаховская (1890–1942) издала ряд научно-популярных книг для детей и юношества».

Но каких именно?  И почему  комментатор не привел их названий?

Далее следует чрезвычайно важная информация: «В 1931 году в издательстве "Молодая гвардия" вышла ее книга "Молодые годы Короленко"». Видимо, для автора выбор  личности Владимира Галактионовича Короленко в качестве «героя» своего сочинения  был далеко не случайным.

Многократно вчитываюсь в эту публикацию, и как всегда возникает много вопросов, и трудно сначала выделить, какие из них первостепенные, а какие второстепенные.

Прежде всего, вызывает недоумение факт появления этого документа в томе «Литературного наследства», где рассматривались вопросы истории литературы совсем другого периода.

С этого начался увлекательный и стремительный в своем ритме поиск, как биографических сведений о Наталье Шаховской, так и поиск упомянутых изданий, представляющих безусловную библиографическую редкость.

Так бывало не раз, когда за страницей книговедческой следовала страница биографическая. От книги — к личности автора.

10 июля 1913 года В.Г. Короленко написал: «Многоуважаемая Наталья Дмитриевна. Пишет вам самый неблагодарный из писателей, к которым критики так внимательно, как и вы отнеслись ко мне в вашей книжке. Получил ее (ох, давно!), я ее тогда же прочел и решил написать вам… а тут подошли разные события, которые отвлекли внимание…»  И далее писатель объясняет: «Прошлый год был одним из самых тяжелых в моей жизни, и по обилию черной работы, и  по разным другим причинам…»

Но вот пришло время, и «на досуге вспомнил о вашей хорошей книжке и о своей черной неблагодарности».

Смущенно звучат его слова: «Очень трудно отнестись вполне объективно к тому, что написано о тебе самом. Скажу только, что мне читать вашу книгу было приятно и интересно. Со многим, вами высказанным, я согласен, кое с чем расхожусь».

А затем в письме следует ряд смысловых и фактических уточнений. По этому поводу публикатор письма объясняет: «В поправках Короленко отразилось присущее ему стремление к абсолютной правдивости и максимальной точности». Он неоднократно исправляет своего биографа. Но делает это чрезвычайно деликатно. Храбровицкий отмечает основные качества личности писателя: «Для письма Короленко характерны также исключительная авторская скромность, деликатность, уважение к чужому мнению».

Отвечая Шаховской, Короленко признается: «Я могу писать лишь тогда, когда сюжет сам процедится в памяти» (курсив мой — С.Ш.)

И заканчивалось письмо замечательными словами: «Примите это письмо как выражение моей благодарности за вашу работу, которая, повторяю, кажется мне хорошей по тону и по той внимательности, с какой вы отнеслись к своей задаче. С очень многими вашими критическими замечаниями согласен».

В конце письма следует привет Д. И. Шаховскому, что свидетельствует о том, что Владимир Галактионович был знаком с отцом Натальи Дмитриевны.

Оказывается, существовало ответное письмо писателю, фрагмент которого приведен Храбровицким в примечаниях. Н.Д. Шаховская писала: «Глубокоуважаемый Владимир Галактионович. Письмо Ваше после некоторых странствий до меня дошло, и я чувствую живую потребность ответить на него не "открыточкой", а письмом же. Позвольте раньше всего Вас поблагодарить от всего сердца за доброе отношение Ваше и за замечания, которые были для меня очень интересны».

Для меня все эти документы представляли безусловный интерес, и мне просто необходимо было найти и рассмотреть эти раритеты, связанные с именем Владимира Галактионовича Короленко.

В отделе редких изданий Центральной научной библиотеки харьковского государственного университета им. В.Н. Каразина сохранилось два раритетных издания о Владимире Галактионовиче Короленко, которые в разные годы были написаны Натальей Дмитриевной Шаховской.

В первой книге следует отметить четкую и определенную направленность автора  при рассмотрении эволюции мироощущения Короленко и становления его как творческой личности. При этом многим суждениям Шаховской нельзя отказать в меткости.

Жизнеописание Короленко, представленное Натальей Шаховской, было первым в ряду других слов о Мастере, каким позже справедливо был признан Короленко за свой литературный и человеческий талант.

Не следует забывать о том, что книга была написана молодым автором. Это была ее первая проба пера.

Если обратиться к биографической справке о Короленко, помещенной в Энциклопедическом словаре Брокгауза и Эфрона известным библиографом и историком литературы С.А. Венгеровым, то мы увидим, что он особо выделяет труд Натальи Дмитриевны как «обстоятельную книжку княжны Н.Д. Шаховской».

Обратим внимание, А. Храбровицкий в своих примечаниях по вполне понятным причинам опускает сведения о социальном положении Н.Д. Шаховской.

С.А. Венгеров отмечает наличие в труде Шаховской «сравнительно полной библиографии написанного В. Короленко», что, безусловно, делает ее книгу еще более ценной. Потому вполне закономерно, что все современные авторы биографических справок о В.Г. Короленко в ряду других источников первой неизменно называют книгу Н.Д. Шаховской,  иногда даже дословно цитируя краткую характеристику, данную С.А. Венгеровым (!).

В процессе историко-библиографического и книговедческого поиска вполне закономерно возник вопрос: почему первая книга Н.Д. Шаховской вышла именно в книгоиздательстве К.Ф. Некрасова? Ответ на этот вопрос частично рассмотрен в отдельном приложении.

 

Страница биографическая

 

В связи с естественным интересом к столь известной в истории России фамилии, вполне закономерным был интерес и к личности самой Натальи Дмитриевны Шаховской.

Наталья Дмитриевна и Михаил Владимирович Шик с сыном Сережей. 1922, Сергиев Посад

Как  сложилась ее судьба после выхода книг о Короленко?

Много упоминаний о ней и ее отце мы находим в «Дневниках» В.И. Вернадского. А вот в примечаниях сообщается кратко: «Шаховская Наталья Дмитриевна (1890–1942) — литератор. Дочь Д.И. Шаховского, в 1918 вышла замуж за священника* М.В. Шика, с 1931 жила в Малоярославце без права проживания в Москве».

Почему ей запретили жить в Москве? Ответ однозначен: потому что она, прежде всего, была «вредной социальной принадлежности», кроме того, она была женой осужденного священника.

Так возникла тема нового сюжета о двух удивительных людях — священнике Михаиле Шике и престарелом отце Натальи Дмитриевны — князе Дмитрии Ивановиче Шаховском, личность которого требует особой памяти и почтения. Оба погибли в сталинских лагерях…

Тема жертв ГУЛАГа уже давно не отпускает меня.

Первоначальный сюжет постепенно разрастался и властно притягивал к себе новыми вопросами и поиском сведений о новых лицах и их судьбах…

Но что же конкретно дало найденное примечание? Во-первых, подтвердились точные даты жизни Натальи Дмитриевны, а во-вторых, мне стали известны краткие обстоятельства жизни Н.Д. Шаховской при советской власти.

И только в 1997 году появилась подробная и развернутая биография Натальи Дмитриевны Шаховской, которую написала ее дочь, предваряя публикацию матери «Рассказы о детях» в журнале «Альфа и Омега» (№3 за 1997 г.).

Н.Д. Шаховская родилась в 1890 году в с. Михайловском (в имении деда) близ Ярославля, училась в Ярославской женской гимназии; в 1913 году закончила исторический факультет Московских Высших женских курсов.

Сразу обратил на себя внимание следующий фрагмент: «В  период с 1912 по 1917 гг. она работала в издательстве К.Ф. Некрасова, где опубликовано несколько ее работ: исторические очерки, биография В.Г. Короленко, положительно оцененная им самим; статья памяти А.П. Чехова и др.».

Этот фрагмент дал возможность направить книговедческие изысания по новому пути — поиску исторических очерков и статьи о Чехове, написанных Шаховской.

Обращение Н.Д. Шаховской к историческим очеркам было естественным —  ведь она закончила исторический факультет Московских Высших женских курсов.

Как видим, она не была случайным человеком в литературе, постоянно работала над собой, совершенствуя свои творческие возможности.

Читаем дальше: «После революции она сменила литературную работу на общественную — заведовала культурно-просветительским отделом Дмитровского Союза Кооперативов; затем, поселившись в Сергиевом Посаде, преподавала в местном педагогическом техникуме». Очевидно, условия жизни вынуждали ее браться за любую работу.

Интересна мысль дочери — Е.М. Шик — о матери, Наталье Дмитриевне: «За это время она прошла путь от детской веры в Бога, через потерю ее, к новому, уже взрослому осмыслению своей веры, которую пронесла через всю остальную жизнь».

Дочь Натальи Дмитриевны не случайно акцентирует внимание на  духовных исканиях матери. Заметим, такой же подход был и у самой Н.Д. Шаховской, когда она взялась за биографию Короленко.

В  этой  биографической справке встречаются  такие  чисто житейские подробности, которые  незримо приближают к нам  личность Натальи Дмитриевны.

В 1918 году она вышла замуж за  Михаила Владимировича Шика, который в 1927 году в ссылке принял священнический сан. В первые годы супружества она оставалась бездетной, и очень тяжело переживала это. Врачи ничего ей не обещали. Появление в 1922 году первенца Сергея она восприняла как великое чудо, но при этом была поставлена перед трудным выбором: при каждых следующих родах она рисковала собственной жизнью. Несмотря на это, в последующие годы у нее родилось еще четверо детей.

И еще ряд важных  подробностей, которые позволяют предположить  широкий творческий диапазон в ее литературной работе. Позже  ее сын Дмитрий Михайлович Шаховской вспоминал: «В 1920-30-е годы она писала популярные книги для юношества по истории научных изобретений и о выдающихся путешественниках. Эти книги мы в детстве очень любили. Особенно я запомнил "Последнее путешествие капитана Скотта" — о героизме и высоком чувстве долга». Так стала известна еще одна книга, написанная Н.Д. Шаховской.

Этот отрывок органично вливается в ткань биографической статьи о Н.Д. Шаховской, на которую я ссылалась прежде.

Дочь Натальи Дмитриевны, Елизавета Михайловна Шик пишет: «В конце 20-х годов Н.Д. Шаховская сотрудничала с издательством "Посредник", переводила и писала для детей и юношества популярные книжки о путешественниках, изобретателях, ученых. Последняя ее книга, написанная вместе с М.В. Шиком — о Фарадее, — была издана трижды: в 1937 г. ("Загадка магнита"), в 1947 г. ("Майкл Фарадей") и в 1968 г. ("Повелитель молний")…»

Эти сведения дают интересный материал для продолжения поиска ее книг и, в первую очередь, книги, написанной в соавторстве с мужем. История создания супругами  книги о Майкле Фарадее стала самостоятельным сюжетом для новеллы.

Значительными и неожиданными дополнениями стали отрывки из писем отца писательницы, опубликованных уже в наши дни.

В 1992 году в журнале Звезда (№5–6) в публикации «Люди и судьбы» с подзаголовком «Д.И. Шаховской, С.Ф. Ольденбург, В.И. Вернадский, И.М. Гревс по их переписке 1920-1930-х годов» были напечатаны поразительные документы.

Так 12 июля 1926 года Дмитрий Иванович Шаховской сообщал о домашних делах  следующее: «Ты спрашиваешь о Наташе. Ее дела очень плохи. Мих. Влад-ч попадает в Турткуль. Это местечко против Хивы, 400 верст от железной  дороги, с отвратительными средствами сообщения. (...) Она не унывает и работает вовсю».

Да, жизнестойкости и мужества Наталье Дмитриевне было не занимать… Интересно краткое  примечание к этому  письму:  «Дочь Д.И. Шаховского Наталья Дмитриевна (1890–1942), детская писательница. Она была замужем за Михаилом Владимировичем Шиком (1886–1938), гимназическим  товарищем Г. Вернадского».

Характерно, что  Наталья Дмитриевна представлена как «детская писательница».

Интересна и другая деталь: ее муж был гимназическим товарищем  сына академика Вернадского. Быть может, именно это обстоятельство  некогда  и поспособствовало знакомству будущих  супругов.

Дружба двух семей — Вернадских и Шаховских — длилась долгие годы и была необыкновенно крепкой. 

Испытания в семье Шаховских шли одно за другим. О новой катастрофе в их семье узнаем из письма к И. Гревсу от 16 июля 1937 года. Дмитрий Иванович писал: «У нас все по-прежнему, в том числе и отсутствие каких-либо определенных сведений о М.В. Анюта вчера уехала к Наташе на лето. Наташа часто наезжает оттуда, чтобы что-нибудь узнать, но пока все тщетно».

М.В. — это отец Михаил Шик, который в то время ждал приговора и вскоре был расстрелян. Анюта — старшая дочь Шаховского Анна Дмитриевна, которая после смерти сестры усыновила ее младших детей.

Спустя год семья все еще находилась, по словам Д.И. Шаховского, «в полной неизвестности о Михаиле Владимировиче».

Н.Д. Шаховской вместе с детьми довелось пережить не один арест мужа. Последний и роковой произошел в 1937 году. Затем последовала долгая и мучительная неизвестность о его судьбе.

В ночь на 27 июля 1938 года арестовали Д.И. Шаховского, которому было к тому времени 77 лет. Впереди была Голгофа  сталинских застенков.

О жизни, судьбе и мучительной гибели этого прекрасного и незаурядного человека будет мой отдельный рассказ.

Дочь пишет о том, как семья мужественно переносила бытовые и моральные тяготы во время немецкой оккупации в октябре-декабре 1941 года.

В  это время семья Н.Д. Шаховской  выросла до 12 человек, так как вокруг нее, кроме собственных детей, собрались родные и не родные старушки, бежавшие от московских бомбежек и бесприютности.

Кроме бомбежек, голода и холода было нечто и пострашнее: Наталью Дмитриевну вместе с детьми-полукровками вызвали в немецкую комендатуру с приказанием явиться 24 декабря 1941 года.

Детям семнадцати, пятнадцати, тринадцати и одиннадцати лет грозила отправка в гетто. Справки о том, что ее муж и дети — православные, не принимались во внимание: для фашистов имела значение принадлежность к еврейской национальности по крови...

И только случай спас детей Натальи Дмитриевны от трагической судьбы. 24–26 декабря комендатура не работала — Рождество! В ночь на 27-е начался обстрел города подошедшими нашими войсками, комендатура спешно выехала, а 1-го января 1942 года в город вошли наши части. И такие чудеса сопровождали Н.Д. Шаховскую всю ее жизнь.

Елизавета Михайловна Шик-Шаховская завершает свои воспоминания печально: «Однако она уже не устояла против своего давнего врага — туберкулеза, и умерла в Московском туберкулезном институте 20 июля 1942 года».

Прошло столько десятилетий, и вот Память возвращает нам былые судьбы и события. Она взывает к душам уже новых людей иных поколений. 

 


 

Нашим читателям наверняка будет нелегко поверить, что оба эти материала — только что прочитанный и следующий за ним — освещающие с разных сторон жизнь одной семьи: о. Михаила Шика и его супруги, писательницы Натальи Дмитриевны Шаховской, —  попали к нам в редакцию одновременно — как принято говорить, «случайно». Мы очень обрадовались этому явно не случайноу «совпадению» и сочли за большую для себя честь и удачу дать их вместе — как были в жизни связаны их герои — всем, что составляло главное, суть их жизни: любовью, верой, верностью, творчеством.

 

* За будущего священника.

[an error occurred while processing this directive]