год
Сделать стартовой Добавить в избранное Написать письмо Гостевая книга
Вернуться

Версия для печати  

Книга жизни


«Свобода славы детей Божьих»

Семхоз-2009

 

Летний лагерь... Первые ассоциации, которые вызывают эти слова, — отдых, солнце, развлечения, игры — что-то легкое и пестрое.

К сожалению, не придумано другого слова, которым можно было бы назвать подобные события, поэтому недельные встречи, вот уже пятнадцать лет проводимые общиной «Осанна», тоже называются этим словом — «лагерь»[1]. Молодежный христианский лагерь.

Конечно, за время этой недели находится место и отдыху, и веселью, но это — не главное. Главное — попытка прожить эту неделю пред Лицом Божиим, помочь друг другу в том, чтобы состоялась Встреча с Ним и, возможно, новая встреча с людьми в свете Божьей любви.

И все это оказывается возможным благодаря тому, что в центре всего, всех бесед, семинаров и т.д., — Слово Божье. Это и есть главная задача лагеря: помочь приезжающим на встречу молодым людям узнать и полюбить Слово Божье, научиться в нем искать ответы на волнующие их вопросы. Как правило, разъезжаясь по домам, ребята увозят с собой главную ценность: любовь к

Писанию, в котором, как они уже теперь знают, их ждут удивительные открытия.

Многие беседы по Библии в летних лагерях «Осанны» проводит Андрей Черняк.

 

 

Андрей Черняк

 

Эти заметки родились как краткий итог всего того, о чем мы размышляли в летнем христианском лагере общины «Осанна» — Семхоз-2009.

В знаменитой восьмой главе Послания к Римлянам есть отрывок, всегда привлекающий внимание всякого читателя Нового Завета. Я имею в виду стихи 19-21: «Ибо тварь с надеждою ожидает откровения сынов Божиих, потому что тварь покорилась суете не добровольно, но по воле покорившего ее, в надежде, что и сама тварь освобождена будет от рабства тлению в свободу славы детей Божиих». Очевидно, что здесь говорится о Божьем замысле по приведению к полноте бытия всего тварного мира, но что именно хочет сказать апостол Павел несколько непонятно, «неудобовразумительно» (ср. 1 Пет 3:16). Особенно это касается словосочетания «свобода славы детей Божьих», которое и стало темой прошедшего молодежного лагеря. Я попытаюсь проследить ход наших совместных рассуждений, придерживаясь хронологии этого лагеря.

 

День первый. Бог

И, став Павел среди ареопага, сказал: Афиняне! по всему вижу я, что вы как бы особенно набожны. Ибо, проходя и осматривая ваши святыни, я нашел и жертвенник, на котором написано «неведомому Богу». Сего-то, Которого вы, не зная, чтите, я проповедую вам. Бог, сотворивший мир и все, что в нем, Он, будучи Господом неба и земли, не в рукотворенных храмах живет и не требует служения рук человеческих, как бы имеющий в чем-либо нужду, Сам дая всему жизнь и дыхание и все. От одной крови Он произвел весь род человеческий для обитания по всему лицу земли, назначив предопределенные времена и пределы их обитанию, дабы они искали Бога, не ощутят ли Его и не найдут ли, хотя Он и недалеко от каждого из нас: ибо мы Им живем и движемся и существуем, как и некоторые из ваших стихотворцев говорили: «мы Его и род».

Деян 17:22-28

 

Хотя интересующее нас словосочетание Богом заканчивается, начинать надо именно с Него. Все дальнейшие размышления имеют смысл только в контексте библейской аксиоматики, т.е. того, что в мировоззрении, основанном на библейском откровении, даже не обсуждается. Эта аксиоматика очень проста, она состоит всего из двух постулатов, принятие которых фактически предшествует всему потоку информации, начинающемуся с 1-го стиха 1-й главы Книги Бытия. Вот эти постулаты: 1) Бог существует; 2) Бог благ. Они впоследствии подтверждаются великими Именами Божьими, открывающимися в Ветхом («Яхве») и Новом («Любовь») Заветах, но, конечно же, не доказываются, т.к. они принципиально недоказуемы (аксиомы!).

Наоборот, из них вытекает все остальное богопознание, богословие. Из абсолютного существования Бога вытекает, что Он Един, из абсолютной Его благости — то, что Он — Творец. Все, что не Он, что не имеет существования само по себе, получает существование (тварное, не абсолютное) вследствие Его благости, любви. Об этом говорит апостол Павел, обращаясь к афинским философам-язычникам в приведенном нами отрывке из Книги Деяний Апостольских.

Все мы, несмотря на двухтысячелетнюю историю христианства, остаемся в своих рассуждениях язычниками, опирающимися на свою систему постулатов, на свою логику, на свое представление о добре, поэтому нам стоит прислушаться к аргументации апостола, продолженной им потом в 1-й главе Послания к Римлянам.

Из абсолютности благости Бога с неизбежностью следует, что только Он и только Своей Сущностью определяет, что есть благо для всего Творения, и в том числе для нас, человеков, любимого Творения Божьего. И хотя в постижении того, что есть благо, есть очевидная гносеологическая трудность (которую мы рассмотрим позднее), но претензия мыслящего тварного существа (Человека) на обладание собственной благостью автоматически отвергает единственность Бога и тем самым совершает онтологическую катастрофу в мироздании, как это и описано в 3-й главе Книги Бытия. Эта катастрофа происходит в человеческом духе, повреждая природу всего Человека как солидарного существа, делая всех людей неспособными к полноте доверия и любви, ограниченными, несвободными в принятии решений, «рабами греха».

Тут, конечно, сразу возникает множество интереснейших вопросов типа «как» и «почему», но мы перейдем к более важному вопросу: «А что теперь делать?» Выход из искаженной онтологии Бог предлагает на путях гносеологии, призывая Человека (всех и каждого) к «познанию Бога», «Боговедению», со Своей стороны обеспечивая этот процесс Откровением, постоянно разворачивающимся в истории и Слове. Бог, уважая данную Им Человеку свободу (хотя и утерянную Человеком), его право на суверенитет (хотя никакого реального суверенитета у Человека не осталось), не применяя насилия, подводит Человека к внутреннему обоснованию (большему, чем только рациональному) сделать шаг в сторону Бога и получить от Него полноту исцеления и освобождения от греха.

Отметим подчеркиваемую апостолом Павлом парадоксальность этого пути: Бог «неведомый», но про Него много известно; Бог познаваем, но непостижим. В церковно-славянском переводе Евхаристической молитвы св. Иоанна Златоуста есть слово, замечательно выражающее этот гносеологический парадокс: Бог «недоведом». Он недоведом, но в каждом человеке есть фрагменты этого ведения, познания (повторюсь, не только рационального). Мы попросили участников лагеря высказать буквально одним словом, Кто для них Бог, и суммарный результат был очень впечатляющим, показывающим, что Божье Откровение действует и в наши дни.

 

День второй. Сын Божий

Придя же в страны Кесарии Филипповой, Иисус спрашивал учеников Своих: за кого люди почитают Меня, Сына Человеческого? Они сказали: одни за Иоанна Крестителя, другие за Илию, а иные за Иеремию, или за одного из пророков. Он говорит им: а вы за кого почитаете Меня? Симон же Петр, отвечая, сказал: Ты — Христос, Сын Бога Живаго. Тогда Иисус сказал ему в ответ: блажен ты, Симон, сын Ионин, потому что не плоть и кровь открыли тебе это, но Отец Мой, Сущий на небесах; и Я говорю тебе: ты — Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее; и дам тебе ключи Царства Небесного: и что свяжешь на земле, то будет связано на небесах, и что разрешишь на земле, то будет разрешено на небесах.

Мф 16:13-19

 

Теперь мы делаем скачок через всю ветхозаветную историю к моменту самого полного Откровения Божьего о Себе — к приходу в мир Иисуса Христа. Когда Петр исповедует Иисуса Сыном Божьим, Христос подтверждает, что это истина, со всей силой Божьего авторитета. А тогда мы можем отметить вытекающие из этой истины три соображения.

Первое: Богоявление. Явлением того, что у Бога есть Сын, снимается иначе неразрешимый парадокс между тем, что Бог Един, и тем, что Он — Любовь. Уже в Ветхом Завете есть множество намеков на то, что Бог Един, но не единичен, что Его внутреннее устройство сложнее, чем единоличное. Богоявление, раскрытие Богом Своей внутренней жизни, Божье доверие к Человеку, открывает Человеку возможность встречного доверия к Богу как абсолютному Добру.

Второе: Кенозис. Придя в этот мир, Бог преодолел ту гносеологическую пропасть, которая выражается, в частности, русской поговоркой «до неба высоко, до Бога далеко». Чтобы познать Бога, человеку уже не нужно «штурмовать небеса» и строить Вавилонские башни.

 

Третье: Воплощение. Сын Божий приходит в этот мир как Сын Человеческий. С одной стороны, здесь уточняется сущность Кенозиса: Творец умаляет Себя до Творения. Во Христе соединяются нетварная Божественная природа и тварная человеческая. С другой стороны, как мы уже говорили, исходная, адамова природа человека повреждена, искажена грехом, а Христос приходит как второй Адам, подобный первому во всем, кроме греха. Существование в мире неискаженной человеческой природы становится фактом, реальностью, в которую можно войти.

Понятно, что это вхождение оказывается не актом, а процессом, как и все, происходящее с нами в этом мире, но всякий процесс должен с чего-то начинаться, и началом этого вхождения становится акт принятия этой реальности. То, что Сын Человеческий есть Сын Божий, являясь реальностью с абсолютной, Божьей точки зрения, не заставляет нас с этим соглашаться. Любой из нас, человеков, имеет право не признать это реальностью и продолжать жить в искаженном мире. Вот почему так настойчиво и сильно поставлен Иисусом вопрос: «А за кого вы почитаете Меня?» Учитывая все вышесказанное, это — ключевой вопрос для бытия каждого из нас и всего мироздания.

 

День третий. Усыновление

Итак, братия, мы не должники плоти, чтобы жить по плоти; ибо если живете по плоти, то умрете, а если духом умерщвляете дела плотские, то живы будете. Ибо все, водимые Духом Божиим, суть сыны Божии. Потому что вы не приняли духа рабства, чтобы опять жить в страхе, но приняли Духа усыновления, Которым взываем: «Авва, Отче!» Сей самый Дух свидетельствует духу нашему, что мы — дети Божии. А если дети, то и наследники, наследники Божии, сонаследники же Христу, если только с Ним страдаем, чтобы с Ним и прославиться.

Рим 8:12-17

 

А теперь посмотрим с другой стороны. Если Сын Божий стал Сыном Человеческим, то это значит, что в новую человеческую природу Он вносит Свое сыновство Богу. Тогда каждый входящий в эту новую реальность обретает возможность и право осознавать себя сыном Божьим, а Бога — своим Отцом Небесным.

В соответствии с Книгой Бытия грехопадение происходит до появления детей у первой человеческой пары. Это значит, что отношения между родителями и детьми искажены грехом с самого начала и никогда не были такими, как их задумал Бог. Даже самые лучшие родители несовершенны, и их любовь к своим детям несет отпечаток родительского эгоизма и превозношения. Даже самые лучшие дети поражены вирусом гордыни и своеволия. В противовес этому Евангелия рассказывают об удивительно гармоничных отношениях между Отцом и Сыном, отношениях, полных любви, доверия, уважения, послушания — подлинного единения. И вот именно такие отношения для нас становятся возможными.

Можно предложить такое сравнение: мы подобны детям, живущим в детдомах. Некоторые детдома лучше, некоторые хуже, но дефицит родительской любви мы испытываем в любом случае. И вот, мы узнаем, что кто-то хочет нас усыновить. Конечно, нас прежде всего интересует, как в этой семье относятся к родному сыну, и нам дается возможность это узнать. Но более того, родной сын сам нам рассказывает о таком своем единстве с отцом, что все, чем обладает отец, становится принадлежащим сыну, и если мы оказываемся усыновленными, то и к нам относится этот порядок наследования: «Все Мое Твое, и Твое Мое» (Ин 17:10, ср. Лк 15:31).

Возвращаясь от сравнения к нашей жизни, давайте попробуем осознать, что у нас действительно есть совершенный Отец, желающий нам именно того, что для нас настоящее благо, по-стоянно видящий наши нужды и подающий нам защиту даже тогда, когда мы этого не замечаем.

 

День четвертый. Отклик

Ибо все вы — сыны света и сыны дня: мы — не сыны ночи, ни тьмы. Итак, не будем спать, как и прочие, но будем бодрствовать и трезвиться. Ибо спящие спят ночью, и упивающиеся упиваются ночью. Мы же, будучи сынами дня, да трезвимся, облекшись в броню веры и любви и в шлем надежды спасения, потому что Бог определил нас не на гнев, но к получению спасения через Господа нашего Иисуса Христа, умершего за нас, чтобы мы, бодрствуем ли, или спим, жили вместе с Ним.

Всегда радуйтесь. Непрестанно молитесь. За все благодарите: ибо такова о вас воля Божия во Христе Иисусе. Духа не угашайте. Проро-чества не уничижайте. Все испытывайте, хорошего держитесь. Удерживайтесь от всякого рода зла.

1 Фес 5:5-10, 16-22

 

Здесь очень важно понять, что все эти замечательные вещи, о которых мы говорили, не происходят с нами автоматически. Они нам предложены, но Бог ожидает от нас отклика. Завершение предыдущего дня давало нам возможность эмоционально откликнуться на Божье предложение, но этого недостаточно. Настоящее согласие формируется в волевой сфере, и на принятие нами решения оказывают влияние как эмоциональные, так и рациональные факторы.

Прочитанный нами отрывок показывает нам в самых общих чертах, какова та жизнь, которую мы можем обрести в случае нашего усыновления. Пользуясь метафорой из предыдущего дня, можно сказать, что мы, детдомовцы, получаем возможность краешком глаза взглянуть на обстановку того дома, где живет усыновляющая нас семья. И вот, мы видим приметы какого-то ранее не испытанного нами распорядка дня, уюта, отношений. И мы начинаем понимать, что жизнь в таком доме потребует от нас внутренних изменений, на которые мы, возможно, не очень способны. Ведь все наше мировоззрение искажено нашим собственным жизненным опытом, полученным в пораженном грехом мире (детдоме). Вопрос: решимся ли мы на такие изменения, учитывая всю желанность для нас этой новой жизни — жизни в семье, в отношениях любви и радости?

Первая отличительная черта этого Божьего «дома» — свет. В этом свете мы, может быть, впервые начинаем видеть реальность неискаженной. «Бодрствовать и трезвиться» — значит избавляться от тех мечтаний и иллюзий, в которых мы живем. Вера, любовь, надежда спасения — это главные векторы предложенной нам новой жизни. Мы еще не знаем, чем конкретно будет она наполнена в этом «доме», но условие жизни в нем — «за все благодарите».

Видим ли мы теперь, какого отклика ждет от нас Бог? Готовы ли мы согласиться на усыновление, понимая всю трудность предстоящих нам внутренних изменений, и, не зная конкретики своего жизненного пути, дать Богу «карт бланш» на исполнение Его замыслов о нас?

 

День пятый. Призвание. Слава

Когда же они обедали, Иисус говорит Симону Петру: Симон Ионин! любишь ли ты Меня больше, нежели они? Петр говорит Ему: так, Господи! Ты знаешь, что я люблю Тебя. Иисус говорит ему: паси агнцев Моих. Еще говорит ему в другой раз: Симон Ионин! любишь ли ты Меня? Петр говорит Ему: так, Господи! Ты знаешь, что я люблю Тебя. Иисус говорит ему: паси овец Моих. Говорит ему в третий раз: Симон Ионин! любишь ли ты Меня? Петр опечалился, что в третий раз спросил его: любишь ли Меня? и сказал Ему: Господи! Ты все знаешь; Ты знаешь, что я люблю Тебя. Иисус говорит ему: паси овец Моих. Истинно, истинно говорю тебе: когда ты был молод, то препоясывался сам и ходил, куда хотел; а когда состаришься, то прострешь руки твои, и другой препояшет тебя, и поведет, куда не хочешь. Сказал же это, давая разуметь, какою смертью Петр прославит Бога. И, сказав сие, говорит ему: иди за Мною.

Ин 21:15-19

 

Самое время напомнить, о чем мы размышляем. Речь идет о процессе нашего выхода из искаженного существования (о спасении — на библейском языке) через Богопознание, то есть развитие отношений с Богом. Мы видим, что этот процесс выглядит как диалог, в котором с самого начала инициатива принадлежит Богу, но продвигается он по мере получения Богом от нас позитивного отклика на Его инициативы. Мы не «бежим впереди паровоза», а соглашаемся на Его предложения.

Бог — Творец всех и вся, и у Него есть уникальный замысел о каждом из нас. Один из самых важных вопросов для человека — «Для чего я живу, к чему я призван?» Все мы явно или неявно обращаем этот вопрос к Богу и очень часто жалуемся, что не слышим Его ответа. Но ведь не получив от нас «вотума доверия», о котором мы говорили в предыдущий день, Бог не может сделать следующий шаг в нашем диалоге и открыть нам Свое видение нашего пути.

Однако при всей уникальности путей каждого из нас есть в них и нечто общее, связанное с общностью цели, — унаследования полноты бытия, бытия в полноте Божьей любви. Поэтому практически всякий раз, когда в Библии говорится о призвании (или призванности), речь идет об общении, о соединении с Богом. Но есть уточнение, важное для нас в ходе этих наших размышлений: Бог призывает нас в Свою славу (1 Пет 5:10, 2 Фес 2:12).

Библейское понятие славы очень непростое. Чаще всего ему соответствует еврейское слово «кавод», означающее нечто вроде «весомость», «значимость». Однако раз за разом мы встречаем выражения типа «слава явилась», «излилась», «наполнила» и т.д., связанные с понятием «шехина», присутствие. Учитывая это, можно определить славу как видимое проявление невидимого присутствия Бога. Поэтому в славу можно призвать, в нее можно войти и т.п. Все Творение можно рассматривать как славу Божью, всякое действие Бога на протяжении всей истории мироздания — это Его слава. Тем более, приход Сына Божьего в этот мир, явленное миру присутствие Бога воплощенного, вочеловечившегося. Об этой славе говорит Иисус Христос в Своей первосвященнической молитве (Ин 17). Иисус являет славу Божью, творя дела Божьи, и Он призывает нас делать то же самое, таким образом входя в славу Божью, наследуя ее.

Нам привычно ассоциировать со славой что-то высокое, торжественное и радостное. Но давайте задумаемся: Бог есть любовь; где, в какой момент Он являет Свою любовь наиболее полно? Ответ на это мы находим в знаменитом стихе Ин 3:16, и звучит этот ответ парадоксально: на Кресте! Именно здесь раскрывается вся полнота Божьей любви, и именно здесь сердце Бога распахивается для того, чтобы мы могли войти в него. А это значит, что как бы разнообразны ни были наши конкретные призвания, но путь каждого из нас так или иначе проходит через Крест. Слова Иисуса об этом есть в каждом из четырех Евангелий.

 

День шестой. Свобода

К свободе призваны вы, братия, только бы свобода ваша не была поводом к угождению плоти, но любовью служите друг другу. Ибо весь закон в одном слове заключается: люби ближнего твоего, как самого себя. Если же друг друга угрызаете и съедаете, берегитесь, чтобы вы не были истреблены друг другом. Я говорю: поступайте по духу, и вы не будете исполнять вожделений плоти, ибо плоть желает противного духу, а дух — противного плоти: они другу противятся, так что вы не то делаете, что хотели бы. Если же вы духом водитесь, то вы не под законом. Дела плоти известны; они суть: прелюбодеяние, блуд, нечистота, непотребство, идолослужение, волшебство, вражда, ссоры, зависть, гнев, распри, разногласия, [соблазны,] ереси, ненависть, убийства, пьянство, бесчинство и тому подобное. Предваряю вас, как и прежде предварял, что поступающие так Царствия Божия не наследуют. Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание. На таковых нет закона. Но те, которые Христовы, распяли плоть со страстями и похотями. Если мы живем духом, то по духу и поступать должны. Не будем тщеславиться, друг друга раздражать, друг другу завидовать.

Гал 5:13-26

 

Унаследование славы Божьей приносит с собой новое удивительное качество жизни, бытия. Это качество — свобода. Мы так привыкли к этому слову, что наверное уже и не очень понимаем, что оно означает. Размышляя о ней, мы говорим о «свободе от» и «свободе для», о свободе выбора и свободе от греха. Мы пытаемся идти «от противного», обнаруживая, что наиболее остро ощущаем свою несвободу в том, что не можем достичь чего-то для нас желанного. Самое простое, «ненаучное» определение свободы — «что хочу, то и ворочу» — яснее ясного показывает, как мы далеки от свободы. Более того, люди, которые декларируют в своей жизни этот принцип, почему-то нам очень неприятны!

Как и во всем предыдущем, нам надо начинать от Бога: именно Он по-настоящему свободен, и только в Нем мы можем разглядеть подлинные признаки свободы. Свобода Бога неотделима от Его всемогущества. Он действительно может добиться того, чего хочет. Но в отличие от нас Его желания не раздирают на части Его Самого и все вокруг, а абсолютно целостно соответствуют Его внутренней сущности — благости, любви.

Входя в славу Божью, мы обретаем новую, не искаженную грехом человеческую природу, а значит и возможность стать самими собой, «пробиться» к полноте замысла Божьего о нас, к нашему подлинному «я». Более того, поскольку наша личность формируется и выявляется через общение, то полнота общения с абсолютной Личностью делает эту возможность реальностью. Конечно, это опять не акт, а процесс, путь, требующий наших усилий. И именно о направлении этих усилий говорит прочитанный нами отрывок из Послания к Галатам: пробиваться к тому «хочу», которое от нашего подлинного «я», от духа, отвергая то, что «хочется», что от похоти, от плоти. Слава Божья, Его постоянное присутствие, наше разделение с Ним Его Креста, делают эти усилия не бесплодными.

И тогда обретается свобода. Не теоретическая оценка наших возможностей («а могу ли я добросить камень до солнца?»), а реальное соответствие того, что мы можем и делаем, нашей рас-крывающейся внутренней сущности. Начинается настоящее творчество — в материальной сфере, в сфере искусства, в сфере отношений. Приходит любовь, изгоняющая всякий страх, — страх ответственности, страх смерти.

 

День седьмой. Итоги

Ибо тварь с надеждою ожидает откровения сынов Божиих, потому что тварь покорилась суете не добровольно, но по воле покорившего ее, в надежде, что и сама тварь освобождена будет от рабства тлению в свободу славы детей Божиих.

Рим 8:19-21

 

Теперь соберем все вместе, чтобы понять мысль апостола Павла. Если мы перечитаем вторую главу Книги Бытия, то увидим, что в соответствии со Своим замыслом Бог сотворяет мир, поселяет в нем Человека и переподчиняет все Творение Человеку с тем, чтобы Человек соучаствовал в процессе Творения («возделывал и сохранял»), входя в полноту Божьего бытия. Ведь жизнь Бога проявляется в Его действии, и наше соединение с Ним подразумевает и нашу деятельность тоже (ср. Ин 5:17 и Ин 14:12). Этот замысел оказывается нарушенным (как мы об этом уже говорили), но Бог не оставляет его, а реализует его через всю долгую историю спасения, о которой нам рассказывает Священное Писание.

Наши размышления предыдущих дней помогли нам еще раз по-новому увидеть путь спасения — через Божье Откровение, воплощение, явление Сына, наше усыновление, призвание в славу Божью и освобождение. Но очень важно осознать, что для нас не может все ограничиваться нами самими. Любовь Божья неизбежно «выплескивается» на кого-то, кто не Бог. Так и наше вхождение в подобный образ жизни преодолевает наш человеческий эгоизм, не только личный, но и корпоративный, всечеловеческий.

Грехопадением искажено все Творение, «вся тварь совокупно стенает и мучится доныне» (Рим 8:22), и, будучи подчиненным Человеку, Творение может выйти из катастрофы только через преображение Человека. Пройдя со Христом и во Христе путь к подлинной свободе, подлинному творчеству и подлинной любви, мы теперь способны исцелить весь окружающий мир, реализуя данную нам Богом власть над Творением в полном соответствии с Божьим замыслом и Его волей.

«Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими» (Мф 5:9).

 

[1]  См. материалы «Семь дней, насыщенных любовью» (№2/2003), «Главное открытие в жизни»  и «Ранний подъем»  (№3/2005), «Летняя мозаика» (№2-3/2006).

 

ВверхСчетчики

                Рейтинг@Mail.ru  


Счётчик © 2001 - . «Дорога Вместе»
Web-Master