год
Сделать стартовой Добавить в избранное Написать письмо Гостевая книга
Вернуться

Версия для печати  

Праздников праздник


Только любовь способна обмануть смерть

 

Проповедь, произнесенная в храме Феодоровской иконы Божией Матери (Санкт-Петербург)
в Страстную пятницу на службе Выноса Плащаницы. 12 апреля 2012 г.

 

Прот. Димитрий Сизоненко

«Они пригвоздили Его ко Кресту» — медленная и мучительная смерть, нестерпимое зрелище. Однако физические страдания Иисуса несравнимы с Его внутренней мукой, ощущением полного провала, полного поражения.

Еще несколько дней назад толпа рукоплескала Ему: «Благословен грядый во имя Господне! Благословен Царь Израилев!» Сегодня Его царство выставлено на посмеяние всех.

Иисус остается один, одинокий провозвестник Нового Царства. По горькой иронии на Его стороне оказывается лишь Пилат, который упрямо, впрочем, сам не ведая, что творит,  требует оставить на Кресте надпись: «Иисус Назарей Царь иудеев», — с единственной целью, — поглумиться над народом.

Все смеются и глумятся над Его царством. Сначала солдаты в момент коронации терновым венцом. Это невыносимо унизительно для истинного царя. Потом народ, подстрекаемый своими духовными лидерами, которые предают Его на смерть, выставляя уже не как претендента на трон Давида, но как шута, как скомороха.

И наконец, сам Пилат-правитель, прокуратор Иудеи, циничный и коварный, он использует царство Иисуса для того, чтобы поглумиться над чувством национального достоинства иудеев, приговорив к смерти их царя — по их же просьбе.

> Царь Иисус предстает как царь шутов на этом нелепом маскараде, жертва дешевой политической интриги, в которой царской фигурой одни играют против других.

Трагедия этого внешнего поражения Иисуса несравнима с ужасом другого поражения. В конце концов, можно пережить неблагодарность и презрение своего народа. Но Отец?.. Как Мессия, посланник Божий может завершить свою миссию столь плачевно?  Это немыслимо, но  первосвященники и старейшины используют даже крестные муки Христа как еще одно доказательство, что Иисус самозванец: «Если это Царь Израилев, тогда пусть Он сойдет теперь со Креста, и мы поверим Ему». И бесконечно горько для сердца возлюбленного Сына, возлюбленного своего Отца слышать: «Он уповал на Бога. Он доверил себя Богу. Пусть Бог теперь избавить Его, если Он Ему угоден. Если Он Его любит!»

«Если Бог любит Его»… Та самая любовь Отца, которая каждое мгновение сопровождала Сына в земном странствии, сейчас становится предметом насмешек и глумления. Разве это не полный провал?

Ничего не может быть ужаснее. Предательство своих братьев — это можно еще как-то пережить. Но усомниться в своем Отце?  Народ  устами религиозных лидеров внушает Его сердцу это сомнение — более сильного потрясения, более сильного удара быть не может.

Невозможно представить более скорбного и неумолимого поражения, о котором свидетельствует предсмертный крик: «Боже, Боже Мой, вскую отринул Мя еси?»

Если бы Иисус поддался этому сомнению, это была бы самая печальная история на свете. Это был бы окончательный провал всей Истории Спасения. После случившегося с Адамом в земном Раю, это было бы окончательным подтверждением полного фиаско, полного поражения Бога. Это вполне могло случиться, и в некотором смысле, даже по-человечески, это можно было бы предвидеть. Поражение Иисуса в таком случае стало бы логическим продолжением первого падения Адама. Он имел уязвимую человеческую плоть, беззащитную перед силами зла, как и всякая плоть, которая рождается в мир после Адама и Евы, — как же Иисусу удалось то, что до Него не удалось никому из сынов Адама?

Как Ему удалось обратить полное поражение в победу, в путь спасения, в величайшее искупление и исцеление?

Ответ прост: «Он, во дни плоти Своей, с сильным воплем и со слезами принес молитвы и моления Могущему спасти Его от смерти; и услышан был за Свое благоговение» (Евр 5:7). Принося слезы и молитвы, Иисус был услышан по причине силы Своей сыновней любви.

Такая совершеннейшая уверенность в том, что ты любим, недоступна человеку с момента падения Адама.

Сыновнее доверие и сыновняя любовь прошла сквозь ад страданий и смерти, рассеяла сомнение, преобразила саму смерть в путь к жизни.
Только любовь способна обмануть смерть. До Христа это невозможно было даже представить. В Нем смерть настолько явственно обретает черты любви, что отныне нет большей любви, чем отдать свою жизнь за друзей своих.

Смертная мука для Иисуса не была менее мучительной, страх смерти не был менее ужасен, чем для любого из нас, и над Ним нависла тень отчаяния, и даже скорбь полной богооставленности. Страх и страдания Он не отверг, не подавил в себе, не оттеснил.
Он прошел сквозь них, просто, с полным самозабвением, всецело предавая Себя Отцу.

И чем более Он предавал себя, тем ощутимее страдания преображались. Как страдания женщины, которая в глубине своего естества питает ни с чем несравнимую сокровенную радость, которая мало по малу перерастает в ликование — по мере того, как на свет появляется новая жизнь. Сам Господь использует этот образ применительно к своим страданиям и применительно к нашим мукам (Ин 16:21).

Этой радости Иисуса, порождающей новую жизнь через агонию плоти, соразмерна только радость Отца, принимающего в Свои объятья Сына над бездной смерти.

И только объятия блудного сына и Любящего Отца позволяют нам представить всю безбрежность этой радости. Если я вспомнил о блудном сыне, не надо думать, что Христос был неблагодарным сыном. Дело в том, что в это мгновение за плечами Единородного Сына Отец обрел множество потерянных сыновей и дочерей, грехи которых Иисус взял на Себя. С Его возвращения к Отцу начинается возвращение всех нас.

Страсти Христовы завершаются в объятиях Отчих, лобзанием Отца и Сына, и в это самое мгновение все человечество в этом самом поцелуе примирилось со своим Богом.

Лобзание Отца и Сына — это Святой Дух. Апостол Иоанн Богослов говорит: «Иисус предал Дух» — Отцу и своей Церкви одновременно. Это лобзание Сына Отцу и лобзание Отца Сыну и каждому из нас. Воистину смерть отныне перестала быть смертью. Она лишь переход, лишь тропинка любви — для Иисуса, как и для каждого из нас, Его учеников. Последние слова, слетевшие с уст Спасителя, которые для нас сохранило Священное Писание, могут стать нашей молитвой в момент великих потрясений, посреди испытаний и даже в час смерти: «Отче! В руки Твои предаю дух мой». Аминь.

 

ВверхСчетчики

                Рейтинг@Mail.ru  


Счётчик © 2001 - . «Дорога Вместе»
Web-Master