Вернуться

Версия для печати  

Да будут все едино


Встреча на Кубе: торжество постмодерна или начало пути?

 

Иеромонах Иоанн (Гуайта)

Без всякого сомнения встреча Папы Римского Франциска и Патриарха Московского и всея Руси Кирилла 12 февраля 2016 г. в Гаване останется в истории.

Журналисты всего мира отметили беспрецедентность этой встречи. Строго говоря, прецедент есть, но он совсем неудачный. Ведь единственный в истории предстоятель Московской Церкви, который встречался с Папой Римским, — это митрополит Исидор, который в первой половине XV века побывал на Флорентийском соборе, подписал унию с Римом и по возвращении в Москву был низвергнут русским духовенством.

Встреча на Кубе не может не вызывать воспоминаний о другой исторической встрече — встрече между Папой Римским Павлом VI и Патриархом Константинопольским Афинагором, произошедшей в январе 1964 г. в Иерусалиме. И эта встреча тоже не совсем беспрецедентная, она не первая ни в истории вообще, ни после раскола XI века, но первая после Флорентийского собора XV века.

Встреча 1964 г. в Иерусалиме поистине ознаменовала изменение отношений между двумя Церквами — после нее их предстоятели много раз встречались, Католическая Церковь полностью пересмотрела свое отношение к Православию, а чуть меньше, чем через два года, 7 декабря 1965 г., в день закрытия Второго Ватиканского Собора, две Церкви сняли анафемы, наложенные взаимно друг на друга в 1054 г., и решили, что эти взаимные анафемы «отныне и навеки предаются забвению и изглаживаются из памяти Церкви».

И встреча на Кубе Патриарха Кирилла и Папы Франциска закончилась подписанием совместной декларации, безусловно важной, но намного менее сенсационной и более прагматичной, чем документы, принятые Римской и Константинопольской Церквами в 1965 г. Кроме того, сама встреча предстоятелей на Кубе отличается от встречи в Иерусалиме большей прозаичностью и конъюнктурностью.

Первое историческое объятие между Предстоятелем Русской Православной Церкви и Папой Римским произошло в почти сюрреалистичной атмосфере: в противоположном конце земного шара по отношению к Москве и Риму, в одной из последних коммунистических стран мира, на фоне жутковатого зала аэропорта, еще пропитанного затхлым подвальным запахом социалистической эпохи. Встреча осуществилась почти украдкой, через всего лишь одну неделю по официальном извещении, при отсутствии посторонних; ее протокол был совершенно светским, без какой-либо общей молитвы и даже благословения народа и напоминал саммит глав двух государств: приветствия, закрытое заседание и подписание совместного документа с представлением двух делегаций на фоне флагов. Единственные святыни — распятие и икона Богородицы, привезенные из России.

Причины такого крайнего «минимализма» этой беспрецедентной встречи лежат в пастырской осмотрительности, то есть в стремлении Московского Патриархата предотвратить и минимизировать вероятные отрицательные реакции со стороны своих консервативных верующих.

Осмотрительность Москвы была принята Римом.

Папа и Патриарх Кирилл подписали совместное заявление, которое затрагивает различные темы: здесь и защита гонимых христиан, и осуждение терроризма, агрессивного секуляризма, растущего экономического неравенства, и отстаивание нравственных ценностей, института семьи и брака, и неодобрение прозелитизма и униатизма, и скорбь о противостоянии на

Украине и о расколе среди православных в этой стране. Заявление не касается богословских расхождений между православными и католиками. Оно было подписано в присутствии только членов обеих делегаций и представителей Кубинского правительства.

В 1964 г. в Иерусалиме встреча Папы и Патриарха происходила в присутствии многочисленной толпы, и после объятия два иерарха благословили народ. А в конце всего Патриарх Афинагор произнес удивительные слова: «Пусть эта встреча станет зарей светлого и благословенного дня, в который будущие поколения, причащаясь от единой Чаши пречистого Тела и честной Крови Господа, будут хвалить и славословить в любви, мире и единстве Единого Господа и Спасителя мира».

С точки зрения церковной дипломатии заявление Папы Франциска и Патриарха Кирилла — это редкий образец равновесия. Это доказано тем, что оно породило самые противоположные интерпретации. Кто-то сказал, что Патриарх Кирилл сдал все позиции, отказываясь от традиционных обвинений в адрес католиков; кто-то, наоборот отметил, что Папа Франциск удовлетворил все требования и прихоти Москвы; а кто-то еще видит в этой встрече и в посредничестве пожилых братьев Кастро полную капитуляцию Кубы, считая, что «остров свободы» снизился до уровня филиала Госсекретариата Ватикана или карибской дачи Патриарха Кирилла... Короче, и встреча, и декларация, хоть и беспрецедентные и исторические, якобы являются торжеством узкого церковного прагматизма, конъюнктурщины, богословской «слабой мысли» — вполне в постмодернистском вкусе.

И все же на эти события можно смотреть совсем по-другому. Папа и Патриарх не молились вместе. Но подписанная ими декларация, в полном контрасте со светской обстановкой кубинского аэропорта, меньше всего напоминает соглашение между политиками. Это абсолютно духовный текст, который одновременно выражает боль из-за разделения и надежду на «достижение того богозаповеданного единства, о котором молился Христос», утверждает принадлежность обеих Церквей единому Преданию и призывает православных и католиков «учиться жить вместе в мире, любви и единомыслии», «братски соработничать для возвещения Евангелия спасения», «вместе нести свидетельство Духа истины».

Этот прекрасный текст пропитан молитвой, открывается и закрывается тринитарным славословием, молитвенным призыванием имени Пресвятой Троицы («По воле Бога и Отца, от Которого исходит всякий дар, во имя Господа нашего Иисуса Христа, содействием Святого Духа Утешителя…», «…да прославится имя Единосущной и Неразделимой Троицы!»). Папа и Патриарх призывают: «Да поможет нам Богочеловек Иисус Христос, наш Господь и Спаситель», «Источник радости и надежды», обращаются «с надеждой к Пресвятой Матери Божией, взывая к Ней словами древней молитвы: "Под Твою милость прибегаем, Богородице Дево"».

После подписания совместного заявления Патриарх Кирилл выразил пожелание, «чтобы через участие Церкви в жизни современного общества прославлялось Пресвятое и Преблагословенное имя Отца и Сына и Святого Духа», а Папа — «чтобы все это было во славу Бога Отца, Сына и Святого Духа, во благо святого верного народа Божьего, под покровом Святой Матери Божьей». Очевидно, эти пожелания являются доксологией, славословием, а значит — молитвой.

В довольно неприглядном зале гаванского аэропорта, где главы двух Церквей подписали совместное заявление, висела привезенная по этому случаю из Москвы большая икона Богоматери Одигитрии, что означает Путеводительница. Папа и Патриарх согласны в том, «что единство созидается в пути».

Итак, войдет ли в историю встреча Патриарха Кирилла и Папы Франциска на Кубе всего лишь как выражение церковного постмодернистского прагматизма? Или, действительно, она положит начало общему пути католиков и православных? В значительной степени это зависит от нас.

 

                @Mail.ru  


© 2001 - . « »
Web-Master